«Может, заодно и наш дом снесете?»

Многоквартирный двухэтажный дом № 22 в Транспортном переулке стерт с лица земли: в Пензе продолжают сносить аварийные дома. Жильцы соседнего строения № 20 смотрели на процесс с нескрываемой досадой: спецтехника ликвидирует дом прошлого века, а их многоквартирный барак стоит с… позапрошлого!
— Может, заодно и наш снесете? — подошла к заместителю директора департамента ЖКХ Павлу Юдаеву жительница дома № 20 Людмила Чупышева. — Столько лет уже добиваемся, чтобы его признали аварийным! Но нам сказали: «Это ваша частная собственность, что хотите с ней, то и делайте».
— Обратитесь к нам в департамент (кабинет № 34), представьте документы, и ваш вопрос рассмотрит межведомственная комиссия, — ответил Павел Олегович. — Если дом признают аварийным, то поставят в очередь на снос.
Людмила Викторовна недоуменно вскинула брови: «Это какая же будет аварийность у дома, построенного в 1885 году?! Его уже сто лет как снести надо было!»
…По рассказам пензячки, до возведения дома на этом месте была деревянная конюшня, а затем ее переделали в жилье. Толстые бревна уже разваливаются в труху. Барак как смогли обложили кирпичами, но и те рассыпаются. Здесь никогда не было и нет ни канализации, ни горячей воды. Все жидкие отходы люди выливают в выгребную яму, как и первые новоселы 134 года тому назад!
В 2005 году квартира досталась Людмиле Чупышевой от бабушки. «Рядом с нашим бараком — железная дорога, — вздыхает женщина. — По правилам в пределах 100 м от нее не должно быть жилых строений. Но мы — исключение. Когда мимо мчится состав, у нас происходит мини­землетрясение: ходуном ходят стены, звенят стекла, трещат половицы. В любой момент наш «карточный домик» может сложиться».
На капитальный ремонт у Людмилы Викторовны нет денег: есть только пенсия в 8000 с небольшим и мелкая подработка. Да и никакие стяжки­перетяжки тут уже не помогут: пациент скорее мертв, чем жив!
В другой квартире живет Татьяна Красичкова. Пока космические корабли бороздят просторы Вселенной, а на Земле ученые «раскочегаривают» адронный коллайдер и печатают органы на 3D­принтере, Татьяна Борисовна греет свою клетушку дышащей на ладан древней печкой, воду сливает в ведро под раковиной и выносит во двор. Подоконники на окнах просели на 20 сантиметров, между стенами, полами и потолком — ни одного прямого угла…
«Моюсь я с помощью тазика на сквозняках — сквозь стены свищет ветер, — разводит руками пензячка. — Раз в неделю езжу в городскую баню. Билет стоит 300 рублей, а у меня зарплата 15 тысяч, почти треть уходит на коммуналку, остальное — на еду».
Красичкова живет здесь с 1970-х. Уже тогда их дом планировали снести. А однажды по документам даже это сделали! Но воз, как мы видим, и ныне там.
…Жильцы дома № 20 уверены, что в снесенном бараке № 22 еще можно было жить: там хотя бы канализация была. Но его расселили раньше, потому что он муниципальный.
Добавим, что до конца этого года в Пензе планируется снести 56 многоквартирных домов в разных районах города (на это из бюджета выделено 5 млн рублей). Это много: за шесть последних лет уничтожили 60 строений.
По данным департамента ЖКХ, сейчас ведется работа по сносу 19 домов, на 9 заключены контракты, 10 — в стадии подготовки к производственным работам: там отключаются коммуникации и выбирается подрядная организация. В некоторых домах еще не закончены судебные разбирательства с жильцами.

Анастасия Кузнецова

SinvolPamyati