Восьмиугольные чудеса Андрея Корочкова

У каждого человека есть мечта. Но в отличие от тех, кто был бы счастлив иметь четыре стены и крышу, наш земляк Андрей Корочков жаждал большего — ему грезился… восьмиугольный дом.
И вот теперь стоит этот красавец на окраине села Старая Яксарка Шемышейского района, поблескивает резным флюгером с драконом и вызывает восторженные взгляды прохожих и проезжих. Кто побойчее — стучатся в дверь и интересуются: «А это как?»
С таким же вопросом приехала в гости к Андрею и я.

Личная пирамида

Уже внешний вид конструкции впечатляет. А внутренняя планировка вообще в первые минуты приятно дезориентирует: углов‑то в комнатах не четыре, а пять! Да и понятие «прямой угол» напрочь стерто новаторской инженерной мыслью: все углы — по 135 градусов.
В целом идея сооружений октагональной формы отнюдь не нова: есть такие церкви и храмы и в Европе, и в Азии, где цифра восемь ассоциируется с бесконечностью, а значит, и с бессмертием. Популярны были дома-восьмигранники и в XIX веке в Америке — это связано с именем ученого Орсона Фаулера, который построил для своей семьи такой необычный дом, а потом и книгу-инструкцию написал.
«Но, когда я задумал строить свой восьмиугольник, у меня не было никаких чертежей — нагуглил только фото плохого качества с изображением такой постройки где‑то в Северной Америке, — говорит Корочков. — Пришлось изобретать все самому».
Главное достоинство октагона в том, что он имеет примерно на 20% больше пространства по сравнению с традиционной кубической формой. А это значит, что площадь та же, но внутри будет больше комнат. Кроме того, дом-октагон более устойчив и надежен, в нем больше жизненного пространства, естественного освещения, его проще обогревать зимой, и он лучше сохраняет прохладу летом. Восьмиугольная форма — это приближение к сфере, которая сама по себе форма идеальная!
«Тут и дышится легче, — признается Андрей, — и никакие стены-потолки не давят. Кстати, верхние перекрытия я предусмотрительно сделал выше, чем в обычных квартирах. А наверху у меня купол: иногда забираюсь внутрь и еще более гармонизирую свое состояние. Не могу объяснить это рационально, но оно под сводами заметно меняется в лучшую сторону — наверное, так же, как внутри пирамид».

«Оставайся, подружимся!»

«Родом я из Сердобска, учился в саратовском политехе на программиста, но, поработав по специальности, понял, что для меня все это скукотища и надо что‑то менять! — улыбается Андрей. — Переехал в Пензу. Сначала снимал квартиру, потом купил свою. Казалось бы, живи да радуйся. Но я чувствовал: для внутреннего развития, для души и духа это путь тупиковый!»
Мысль поселиться хотя бы в относительной глуши посетила Андрея Корочкова однажды за вечерним чаем. Не донеся чашку до рта, он решительно поставил ее обратно на стол и пристально посмотрел на свою девушку: «А давай чай лучше на веранде собственного дома будем пить!»
Быстро нашел покупателя на квартиру, стал подбирать участок. Андрею представлялось место «у моря», то есть у воды. Объехал всю округу Сурского водохранилища, обходил заброшенные участки и дома. Но ничего не ложилось на душу.
В Старую Яксарку приехали случайно — девушка Андрея решила навестить своего деда. «Мне так там не понравилось! — смеется наш герой. — Слякоть была, дождь, на улице мерзко… Но, когда я пообщался с бывшим главой местной сельской администрации, он подсказал мне пустырь на краю села — соток пять, основательно заросшие бурьяном и заваленные… мусором. Как бросил кто‑то из местных тут первый мешок с отходами, так и последовали остальные его примеру… Зато природа шептала: «Оставайся, подружимся!» Да и речка рядом — как я и хотел».

По душе и по карману

Мусор пришлось вывозить на пяти «КамАЗах»! Корочков отмежевал себе 25 соток земли и поселился в домике неподалеку. Узнав о таком интересном проекте, хозяин избушки сдал ее парню бесплатно — разрешил жить, пока домишко не продастся.
«У меня было 2 миллиона рублей, оставшихся от продажи жилья в Пензе, — рассказывает Андрей. — Их с лихвой хватило на строительство дома с гаражом и даже еще осталось. Так что заблуждаются те, кто считает, что собственный особняк — это очень дорого. Главное — грамотный подход к делу!»
Буквально каждый свой шаг энтузиаст фотографировал — благодаря этому теперь можно, попивая чай в уютной гостиной октагона, увидеть на экране монитора «мультик»: р-р-раз, и 25 свай забито в землю. Оп — и фундамент готов!
На самом деле коробка дома, обложенная СИП-панелями, росла с июня до конца августа 2014 года — Андрей возводил ее вдвоем с отцом. При этом в небе над ними нередко зависали вертолеты — странный многогранник вызывал у пилотов недоумение. Окрестные жители реагировали в целом мирно и доброжелательно, лишь изредка и поначалу слышалось: «Сектант, что ли?», но потом этот шепоток захлебнулся в уважении к трудолюбию отца и сына.
Завершив отделку, Корочков въехал в дом-мечту на католическое Рождество — 25 декабря 2014 года. «Отопление у меня не в полу, а в потолке, — поясняет изобретатель. — На него приклеен пленочный электронагреватель. А в пол и стены замурована фольга. Получается эффект микроволновки: потолок излучает тепло, оно отражается от остальных поверхностей, и мне не нужны батареи!»
С мая по сентябрь хозяин и вовсе живет в гараже — естественно, тоже восьмиугольном. На первом этаже «почивает» его «железный конь», а на втором есть диванчик, гамак и балкон, на котором можно пить чай и любоваться величественным лесом: так, как и мечталось!

Медовый фэншуй

Если отвести взгляд чуть в сторону от дома, он упирается в непонятные разноцветные штуковины, напоминающие разом и зенитные установки, и деревянные телескопы. Это колоды, в которых гудят трудяги-пчелы. Стандартные ульи на новаторском участке, — это, конечно, не комильфо. Так что в пчелиных домиках тоже по восемь углов.
«Методом проб и ошибок я нашел верный диаметр и нужный наклон, при котором в колодах получается оптимальная вентиляция, — поясняет Андрей. — Правда, пришлось изрядно попотеть, затаскивая 150‑килограммовые липовые бочонки на опоры!
Особенности таких ульев в том, что в них нет рамок, которые ограничивают пчел, так сказать, в творчестве, а зачастую и травмируют, особенно когда пасечник вынимает их посмотреть и задвигает обратно.
А в этих «телескопах» рой строит соты так, как сочтет нужным: получаются грибообразные «блины», свешивающиеся с потолка. Их нужно просто аккуратно срезать ножом».
Пока Андрей не гонится за рекордным медосбором: с одной колоды выходит около 10 л меда — мало, но зато система работает сама и, что называется, есть не просит.

В гармонии с грядками

Сам по себе созревает на этом волшебном участке и урожай. А все почему? Потому что Андрей Корочков исповедует земледелие по Хольцеру, или, иными словами, пермакультуру. К городу, с которым часто путают Пензу, она не имеет никакого отношения.
«Permaculture (от permanent agriculture) переводится как «долговременное сельское хозяйство» и означает гармоничный подход к возделыванию земли, мудрую природную экосистему, — поясняет энтузиаст. — Идеолог подхода, австрийский фермер Зепп Хольцер, который живет в скалах и даже там умудряется выращивать овощи-фрукты, говорит так: «Природа совершенна. В ней нечего улучшать. Твое задание — управлять, а не бороться».
В основе магии пермакультуры — функциональный дизайн, который уменьшает трудозатраты и увеличивает продуктивность, в том числе и на такой каменистой почве, какая досталась нашему земляку вместе с участком.
«Я начал с создания ярусной грядки, — поясняет Андрей Корочков. — Снял лопатой плодородный слой дерна. В образовавшуюся траншею набросал кусты, обрезки досок, сорняки, засыпал землей и уложил мульчу из соломы. Она изолирует почву от семян сорных растений, а также прекрасно сохраняет и удерживает влагу на поверхности земли».
Дальше система действует так. Прошел дождь — древесина, замурованная в грядке, хорошо ее впитывает. Сажаешь растения — их корни достают до этого влажного слоя и не нуждаются в обильном поливе. Делянку не нужно мотыжить, окучивать — получается прелестный ленивый огород, который, кстати, еще и спину бережет. «Когда собираешь урожай, не приходится нагибаться — грядка‑то мне по пояс, а то и выше. Просто протягиваю руку и снимаю сочные огурчики-помидорчики», — радуется Андрей.
Есть у него и нижняя параллельная грядка — она представляет собой ложбинку, в которой быстро просыхает земля даже после снежной зимы. Здесь можно сажать бахчевые, которые любят, когда тепло. А на самой верхушке грядки разумно сажать «солнцеедов» — бобовые, подсолнечник.
Вот такой продуманный микроклимат! «Нужно просто позволить природе делать то, что она умеет лучше всего. И тогда у человека будет меньше работы», — уверен пермакультурист.
Кстати, он мечтает о полностью автономном житье-бытье. Пока главная загвоздка — электричество: киловатт от солнечных батарей выходит дороже, чем от сети. Но Андрей над этим работает — продумывает гелиоколлектор, который будет не только свет подавать, но и горячей водой обеспечивать.
…В ближайших планах у деятельного человека — построить здесь же подземную теплицу (чтобы тепло от земли брала), курятник (несушек держать исключительно для яиц — уже семь лет наш герой не ест мяса) — разумеется, восьмиугольный. И по такому же принципу возвести баню, но это будет не просто помывочная, а… родильный дом. Андрей надеется, что именно под его сводами появятся на свет продолжатели его рода и благих идей.
Главное — встретить ту единственную, которую яксарская глушь не отпугнет, а, наоборот, вдохновит.

Ксения Вдовикина, фото из личного архива Андрея Корочкова

SinvolPamyati