Кто спасет пензенскую мозаику?

Все без исключения гости Пензы обязательно постят у себя в соцсетях мозаику напротив Фонтанной площади. Те, кто прогулялся подальше, показывают подписчикам панно на улице Свердлова и на колледже культуры и искусств.

Меж тем в Пензе около десятка подобных монументальных изображений. Полвека назад экстерьерная мозаика была в тренде — ей обильно декорировали торцы скучных зданий. Смысл картин из кусочков смальты сводился к девизу: “Слава героям прошлого, радостный труд настоящего, ожидание светлого будущего”. Со временем в стране даже появились спецзаводы по производству смальты, чтобы не везти ее из‑за рубежа.

Сегодня ни одна из пензенских мозаик не имеет статуса объекта культурного наследия. Эти творения постепенно разрушаются — на реставрацию одного подобного изображения требуется по меньшей мере 2 млн рублей…

Пока еще пациент скорее жив, чем мертв, “МЛ” решил составить карту пензенских мозаик.

Красота по‑ленинградски

Мозаике на здании ОАО “Электромеханика” на ул. Свердлова 45 лет. Придумал расцветить массивный индустриальный корпус Николай Сазонов, гендиректор предприятия в 1970‑е. Он поручил главному инженеру отдела капитального строительства Анатолию Демьяненко поискать дизайнерскую идею в Ленинграде. И знакомые привели “посла” на художественно­оформительский комбинат при Академии художеств. Там он увидел, как специалисты создают панно из смальты. И привез одного из художников в Пензу.

На изготовление мозаики, показывающей, как человек эволюционировал от неандертальца до космонавта, в Министерстве приборостроения СССР выделили 80 тысяч рублей, монтаж осуществлялся силами заводчан. Есть легенда, что среди элементов мозаики имеются и камни из запасов царской семьи.

Результат так понравился второму секретарю обкома КПСС Георгу Мясникову, что тут же было решено сделать подобное панно и на глухой стене ресторана “Волга”. “Кандиевское восстание” набрали на московском комбинате монументального и декоративно­прикладного искусства. Сюжет для изображения площадью 130 кв. м выбрали важный и исторический — крестьянское восстание в селах Кандиевка и Черногай в апреле 1861 года, когда бунтари впервые в истории страны подняли красный флаг.

Благодаря этой же московской бригаде художников мозаика появилась и на здании № 3 по улице Лермонтова. Раньше здесь находился Пензенский научно­исследовательский институт вычислительной техники. В цветном коллаже запечатлены инженеры, прокладывающие путь в светлое будущее.

Ленинградские художники собирали также колоритную торцовую экстерьерную мозаику на здании бывшего общежития велосипедного завода на улице Ленина. В Пензу привезли “ковры” — квадратные заготовки с уже набранными фрагментами. В центре сюжета — монтажник, крановщица, стропальщики и другие славные представители народа­труженика.

Таинственный “Рыцарь революции”

Другие пензенские мозаики ваяли уже местные художники. В августе 1972 года на фасаде рядового панельного пятиэтажного дома по пр. Победы, 1а, “вырос” Ленин, иллюстрирующий славный путь Советского государства. Над вождем — красная конница, внизу — рабочие, крестьяне, интеллигенция, космонавты и ракета.

Эдуарду Иодынису и Лидии Скоробогатовой работать над выкладкой помогали молодые художники Владимир Максимов, Юрий Гончаров и Анатолий Афанасьев.

Состояние этого панно сейчас совсем незавидное… Но еще хуже сохранилась мозаика в подземном переходе на пр. Победы. Меж тем это иллюстрации к произведениям Михаила Юрьевича Лермонтова “Демон”, “Герой нашего времени” и “Бородино”. Выполнены изображения в 1978‑м, работали над ними Эдуард Иодынис, Лидия Скоробогатова и Людмила Маневич.

Благодаря им же два колоритных панно появились в главном корпусе ПГУ (см. фото № 1 и № 2). Одно посвящено эпохальному событию — переезду в Пензу Одесского индустриального института 1 ноября 1943 года (на его базе и был основан наш вуз). Второе показывает, как друзья в 1971 году провожают в космос Виктора Ивановича Пацаева, выпускника политеха.

Не забудем и про улицу Байдукова — там на стене радиозавода и сегодня заметно созданное в середине 1970‑х изображение. Разработкой эскиза занималось собственное бюро эстетики предприятия.

А вот “Рыцарь революции” (см. фото № 4) — одно из самых загадочных пензенских панно: мало кто из горожан вообще его видел. Оно спрятано от посторонних на охраняемой и огороженной территории станции Пенза­3.

“Мозаика — это кровь!”

Пензенский художник Игорь Митяев (см. фото № 3) в конце 1980‑х вместе с Эдуардом Иодынисом создавал мозаичное панно на здании культпросветучилища. На картину площадью 50 кв. м ушло полтора года. Впервые использовалась не смальта, а керамика.

“Эту мозаику мы набирали сухим способом, — рассказывает Игорь Всеволодович. — На поверхности бумажного эскиза размером 80х80 см выкладывали фрагмент узора. Накрывали отрезом марли, сверху делали слоеный пирог из смоченных клеем газет. Они застывали прочной коркой, и готовый квадрат весом порядка 80 кг крепили на стену на цемент. Правда, однажды клей у нас вступил в реакцию с раствором, и “ковры” прилипли к полу! Пришлось разбирать перекрытия, подлезать снизу и отделять доски от наших заготовок домкратом”.

Сейчас Игорь Митяев переквалифицировался в специалиста по микромозаике — он работает пинцетом за столом. Как правило, это иконы и подобные им изображения.

“Спас нерукотворный” стал убранством часовни на Восточном кладбище. А будете в храме в Большой Валяевке — обратите внимание на Царские врата. Там висит мозаичная “Святая троица” тоже работы Игоря Митяева.

Кстати, там же, под куполом, на высоте 7 метров вы заметите фигуры, которые снизу кажутся небольшими и легкими, а на самом деле они гигантские и тяжеленные. Это гипсовые апостолы, которых в своей небольшой мастерской на последнем этаже арбековской многоэтажки создал Игорь Всеволодович.

Бывали в трудовой биографии Митяева и ЧП. Во­первых, наш земляк заработал радикулит — профессиональное заболевание мозаичников. Во­вторых, не раз резал пальцы острыми сколами элементов (“Мозаика — это кровь!” — в этой шутке только доля шутки).

А однажды почувствовал резь в глазу. Помучился пару дней, никак не мог устранить дискомфорт и отправился к врачу. Окулист развел руками: “Да у вас там крупинка стекла!” “Прямо‑таки Каем себя почувствовал из сказки “Снежная королева”, — усмехается художник. — Осколок отлетел, когда я плитку колол. С тех пор работаю только в очках”.

Ксения ВДОВИКИНА. Фото М. Ивановского

SinvolPamyati