Чем пахнет Пенза?

“Хорошие духи — только французские”, “Парфюм создают несколько лет”, “Идеально подходящий аромат — один, и его нужно искать всю жизнь” — по словам профессионального парфюмера Андрея Мосеева, это всего лишь мифы!

— Ароматы обладают волшебным свойством воскрешать в памяти прошлое. Оживляете ли вы свои воспоминания таким способом?

— О таком феномене я знаю. Именно поэтому хороших или плохих запахов нет, есть только обстоятельства жизни, при которых они получили эмоциональную окраску у нас в голове. Поэтому понимание аромата у всех разное.

Моя “машина времени” — это запах парного молока: когда мама доила корову, она давала нам с сестрой стакан молока с пенкой. Еще дарят воспоминания аромат свежескошенной травы и луговых цветов. И, конечно, мира и ладана: так пахло в приходской церкви Михаила Архангела в моем родном Мокшане — бабушка меня туда с трех лет водила.

— А каким оказался ваш путь к столь редкой для Пензы профессии?

— Это во мне проявилась купеческая жилка, которая была у предков по отцовской линии. В 1982 году я пошел учиться на товароведа в техникум советской торговли им. 50‑летия ВЛКСМ. А после армии — служил в погранвойсках в Забайкалье — оказался товароведом по таре в райпотребсоюзе.

По сути, я занимался тем самым раздельным сбором мусора, о которым сейчас усиленно трубят экоактивисты. Мы принимали от магазинов и населения разную упаковку — коробки, ящики, стекло, джутовые и полиэтиленовые мешки — и отправляли все это обратно на заводы.

В лихие девяностые я поставлял на производства ингредиенты для печенья и майонеза. А окончив саратовский филиал Московского коммерческого университета, решился на свое дело. Правда, с помощью супруги Елены.

Но в самый первый год работы мы чуть не потеряли все: ночью в торговом зале продолбили полы и вытащили весь товар! Только один тюбик с кремом завалился под стол — его в спешке не заметили.

Но я понял, что это испытание, через которое должен пройти любой предприниматель. Как говорится, обошелся малой кровью: мои близкие не пострадали, и это главное. Сейчас со мной трудятся и жена, и дочь. На работе я начальник, и Елена с Дашей зовут меня Андрей Викторович. Если на работе ты будешь “папой” или “Андрюшей”, бизнес можно сразу закрывать!

— Правда ли, что ароматы делятся на зимние и летние, дневные и вечерние… Или это рекламные уловки?

— При разной температуре и влажности ароматы ведут себя по‑разному. Условное разделение помогает “выгуливать” духи в лучших для них условиях. Но и без маркетинга здесь не обошлось. Например, в царской России не было различий между мужскими и женскими духами — разделили их уже в наше время, чтобы увеличить продажи.

Селективный парфюм универсален, но на каждом человеке раскрываются по‑разному — вступает в игру биохимия человека. Один курит, другой любит селедку, третий пьет сердечные капли — от этого зависит, как аромат звучит на человеке.

Столь же условно деление на духи для солидных дам и молодежный парфюм. Когда‑то возрастные ароматы таковыми не были — их женщины носили в любом возрасте. Но подросшие внуки помнят эти запахи как бабушкины — ну а как иначе‑то? В 1990‑е миром правили свежие морские ароматы, вот увидите — лет через двадцать и их будут считать очередной “Красной Москвой”.

— Вы, наверное, общественный транспорт за километр обходите? Там, особенно в жару, стоит невыносимое амбре…

— Культуру ароматов нужно развивать в людях точно так же, как и культуру поведения и питания! И в этом я вижу свою миссию. Но общественного транспорта — со всеми его нюансами — не чураюсь: напротив, когда меня терзают какие‑то сомнения, сажусь в автобус и еду от конечной до конечной, созерцая людей — медитирую. Мы нередко берегов не видим в своих желаниях, амбициях. А подобные “путешествия” помогают заземлиться, поставить мозги на место.

Но я еще и пешком много хожу. Привычка с детства: школа находилась за 3,5 км от дома. Благодаря такому бесплатному фитнесу за два года похудел на 14 кг.

— Чем для вас пахнет Пенза?

— Травой. Лесом. К этому запаху примешивается аромат цитруса, цветов гардении. Немного жасминчика — дух ботанического сада, благоухание нарождающейся весны. И все это сдобрено озоном после дождя. Кстати, вы знаете, что для мокрой земли даже есть специальный термин? Такой запах называется петрикор.

— В книге Патрика Зюскинда “Парфюмер” главный герой изобрел аромат человеческого тела, который свел с ума целый город. В наш век нанотехнологий такое возможно? Может аромат стать химическим оружием?

— Нельзя изобрести запах тела, одинаково возбуждающе действующий на всех. Для одного идеален запах мамы, для другого — макушки ребенка, для третьего — объятий отца…

Звери находят своих детенышей именно по запаху. Человеку тоже не нужно одного суперпарфюма: и без него каждый из нас обретет самого дорогого человека.

Управлять толпой с помощью аромата не получится. Но духи способны изменить судьбу человека: в древности ароматы даже выполняли роль оберега, охраняли ауру от злых духов и прогоняли все плохое из мыслей. Чего и вам желаю!

Ксения Ивановская

SinvolPamyati