Один день с участковым

Чем на самом деле занимается участковый? Это выяснил корреспондент “МЛ”, проведя с ним рядом весь день.

Плотное расписание

От управления городской полиции (ул. Долгова, 4а) мы с Русланом Янгаевым — старшим участковым уполномоченным полиции УМВД России по г. Пензе — отправились в поселок Монтажный, где находится его опорный пункт. Поехали мы туда на самой обычной машине без полицейских знаков и мигалок. “Так жуликов ловить намного удобнее! — улыбается Руслан Рафикович. — А иногда я даже в гражданскую одежду переодеваюсь, чтобы не привлекать издали внимание злоумышленников. Это нам не запрещается…”

В правоохранительных органах Янгаев служит уже 10 лет. Еще в 2004‑м он вступил в оперативный молодежный отряд дружинников (ОМОД). Потом учился в торгово­экономическом техникуме, служил в спецназе. “Когда вернулся из армии, поступил в Современную гуманитарную академию, получил юридическое образование, — рассказывает по дороге Руслан Рафикович. — Потом прошел медкомиссию и поступил на службу в правоохранительные органы. Я всегда хотел помогать людям!”

В 8.45 все полицейские прибывают в управление городской полиции и вооружаются (в снаряжение входит пистолет Макарова и снаряженный 8 патронами магазин). “Спецсредства, те же наручники, участковые тоже должны сдавать и получать только утром, так как для их хранения дома должен быть специальный сейф”, — продолжает полицейский.

На утренней планерке участковых информируют о ЧП за последние сутки или прошедшую ночь, им ставят задачи, дают ориентировки. Затем все разъезжаются по своим административным участкам в опорные пункты. “А пока мы едем на свой участок, по дороге выявляем административные правонарушения: к примеру, вдруг где‑то пьяный попадется”, — говорит Янгаев. За ним закреплен 10‑й административный участок, куда входят поселки Лесной и Монтажный, две колонии (строгого и общего режима), спецприемник, УФСИН, детсад, школа, порядка 130 жилых домов, чемодановские дачи.

Каждое утро участкового ждет пачка документов — заявления граждан, материалы проверок. Рассмотрение этих заявлений — одно из главных направлений работы. Также полицейский проводит обход граждан, алко­ и наркопритонов, проверяет ранее судимых лиц, а по возвращении на пункт занимается рассмотрением дел (в порядке УПК они рассматриваются в течение 10 дней, а в порядке КоАП — 30 дней). Если нет состава преступления, то выносится постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. В этот день Руслан Рафикович работает в третью смену: с 9.00 до 12.00 и с 17.00 до 21.00. И корреспондент “МЛ” вместе с ним.

Ох уж эти мошенники!

“Серьезная проблема сегодня — мошенники, — вводит меня в курс дела участковый. — Мы проводим разъяснительные беседы с гражданами, раздаем памятки, но некоторые только отмахиваются со словами: “Да это все и так ясно! Я сам бывший сотрудник полиции…”. Но через пару недель такие персонажи приходят, чтобы написать заявление — аферисты обманули и их!

И если раньше от мошенников страдали пожилые люди, то сейчас их жертвами становится молодежь. Вот был случай, когда девушка разместила в Интернете объявление о продаже айфона. “Покупатель” в переписке попросил указать код доступа к айфону, “чтобы проверить, как он работает”. Девушка эти данные дала, и вдруг… телефон оказался заблокированным. Злоумышленник быстро сменил код и объявил: “Хочешь восстановить доступ к айфону? Переводи мне три тысячи, и я скажу новый пароль”.

А буквально на днях обмануть удалось женщину­бизнесмена, хотя, казалось бы, предприниматели должны знать уловки мошенников. Ей позвонил “сотрудник” банка и сказал, что с ее карты списывают деньги. Она отвечает: “А у меня на этой карте нет денег”. Но мошенник не сдается: “У нас в базе данных высвечивается ваша фамилия. Значит, откуда‑то их все‑таки списывают!” Женщину ничто не насторожило, и она продиктовала данные своей второй карты, в результате чего лишилась 15 тысяч рублей”.

Невыдуманные истории

“Семейное насилие — тема тоже актуальная, — продолжает Руслан Рафикович. — В моей практике был случай: у отца с дочерью произошел конфликт. Мужчина схватил девушку за волосы и выставил из квартиры. Когда мы стали разбираться, оказалось, что мужчина периодически злоупотребляет спиртным и, когда выпивает, становится зверем. Я вызвал девушке скорую. Медики зафиксировали следы физического насилия, составили протокол и отправили в суд. В это же время пригласил мужчину в опорный пункт, а он говорит: “Чего? Она на меня заявление написала? Да я ее сейчас со второго этажа скину, и у тебя больше никогда не будет от нее заявлений!”

Я составил протокол, отвез его в камеру административно задержанных (КАЗ). За сутки домашний тиран протрезвел. Вернулся домой тише воды ниже травы.

А вот другой случай. В квартире обнаружили женщину без признаков жизни. “В доме был мужчина, мы с ним начали общаться, — вспоминает участковый. — “Я так любил ее, так любил. Ради нее дом и квартиру продал, все отдал! Но ее сгубил зеленый змий!” — причитал он. По его словам, в очередной раз женщина пришла пьяная, он раздраженно ударил ее рукой в живот и велел идти мыться. Когда она легла в горячую ванну, у нее случился… разрыв селезенки, началось внутреннее кровоизлияние. Мужчина сейчас сидит. Типичный пример причинения смерти по неосторожности”.

Порой участковому приходится в буквальном смысле слова сидеть в засаде: “Какое‑то время я работал на Шуисте, там в общежитии жила пожилая пара, оба инвалиды. По соседству поселился неоднократно судимый алкоголик, наркоман. Он втерся в доверие к старичкам и предложил быть их опекуном — за благодарность в виде пенсии. Но те ответили отказом: “Мы дееспособны, сами можем о себе позаботиться”.

В день, когда пожилым людям принесли пенсию, сосед появился вновь — забрал деньги, а взамен пообещал “купить много еды”. В итоге принес гнилую картошку и куриные головы. Кинул такое угощение на стол со словами: “Нате, жрите!” Всю пенсию он потратил на алкоголь и наркотики.

В дальнейшем бывший зэк силой отбирал у стариков последние гроши, угрожал ножом. А другие соседи молчали — уголовник всех держал в страхе. Пенсионеры обратились ко мне за помощью. Я полтора месяца, по сути, в этой общаге провел: видеокамеры в комнате ставил, в засаде сидел. Взял преступника на месте — с пачкой денег, когда он выходил от стариков. Осудили его на 8 лет”.

Порой профессиональная бдительность обычному человеку может показаться паранойей. Но зато повышенная внимательность — прямая дорога к поимке злоумышленника! “Однажды на том же Шуисте мы с напарником сидели в машине, и вдруг я заметил странного типа: идет в куртке, а в руке у него еще одна куртка на вешалке. Решили проследить за ним.

И вдруг видим — он, озираясь, снимает свою куртку, надевает ту, что была на “плечиках”, и на нее — опять свою старенькую, потрепанную. Выяснилось, что воришка стащил вещь на местном рынке — мы повели его возвращать имущество продавцу. Дали вору условный срок”.

Та еще обстановочка…

В поселке Монтажный участкового хорошо знают — встречают с радушием. Причем и добропорядочные граждане, и местные алкоголики. Заходим в одну такую нехорошую квартиру, а там мини­зомбиапокалипсис: грязь, беспорядок и ужасный запах. На кухне на полу сидят двое пожилых мужчин, за столом курит женщина в халате, рядом кемарит еще один гражданин лет 40.

“У этой мадам есть муж, — объясняет участковый. — Он на работу — она сразу сюда прибегает похмеляться”.

А один из сидящих на полу оказывается… дальнобойщиком! Квартира принадлежит ему. Тот, что помоложе, подрабатывает как и где придется. А старший в этой компании — профессиональный карманник, 15 лет отсидел. “Я уже 20 лет как с этим делом завязал! — гордо произносит он. — Меня все устраивает, большего и не надо…” Участковый терпеливо проводит со всеми беседу, предупреждает, чтобы не буянили.

Идем в следующий притон. Съемная квартира, в которой живет женщина пенсионного возраста, мужчина постарше и еще один гражданин лет 40. Тут обстановочка схожая, правда, еще и света нет — электричество отрезали за долг в 6 тысяч рублей. Хозяйка жилья беспробудно пьет уже 5 лет, с тех пор как умер муж. “У нее была хорошая трехкомнатная квартира, но она обменяла ее на двушку, потом на однушку, а в итоге продала и ту, — рассказывает Янгаев. — Сын тоже пьет, дочь с семьей живет в другом городе. Работать люди не хотят, бороться с жизненными трудностями тоже, вот и получаем такую картину”.

Участковый интересуется у сорокалетнего: “А вы кто? Откуда?” Гражданин рассказывает: “У меня был дом в Белинском, но его снесли, а комнату взамен не дали. Еще есть квартирка в Пензе — сдаю ее за 6 тысяч, а сам кантуюсь здесь. Иногда езжу на заработки в Москву”. Руслан Янгаев фотографирует мужчину в профиль и анфас, записывает видео. Все это участковый внесет в базу данных. На всякий случай. После алкопритонов работы у нас по‑прежнему непочатый край: мы отправляемся проверять пункт приема металла. А по пути натыкаемся возле железной дороги на бомжей. Внятно объяснить, что они здесь делают, эти люди не могут. И едут с нами в опорный пункт на более детальную беседу с участковым.

Этих граждан также фотографируют и снимают на видео. Уже вечером по дороге в город полицейский принимает телефонный звонок — нужно разогнать подростков возле магазина. Руслан Рафикович разворачивается и едет обратно.

“Дети сейчас никому не нужны — многие родители не представляют, чем они занимаются, когда не в школе или не в техникуме. Вот был инцидент: ученик 8 класса поругался с отчимом и рассказал об этом друзьям, а те толпой пришли к квартире и стали тарабанить в дверь: “Давай, выходи разбираться!” Мужчина вызвал полицию.

“Привожу к себе этого мальчишку и спрашиваю его мотив. А он пожимает плечами: “Я не думал, что так выйдет”. Но могло ж и до увечий дойти. Поэтому и сейчас я разворачиваюсь и еду разгонять подростков.

И всегда приду на помощь, если днем или среди ночи она будет нужна людям. Такая у нас работа”, — улыбается страж порядка.

Анастасия Кузнецова. Фото автора

SinvolPamyati