Валентин и Галина Викторовы: “Мы снова молодые родители”

Удивительно, как дети из казенных домов преображаются в семье! Когда Валентин и Галина Викторовы взяли из дома ребенка 3‑летнего Диму, он выглядел на полтора и едва умел ходить. А четырехлетний Юра совсем не разговаривал.

Сейчас Диме десять, Юре — пять. Один — егоза, второй — более сдержанный. Живут дружно, как и положено братьям. И оба развиваются с космической скоростью, опровергая все врачебные диагнозы. Метаморфозы происходят прямо на глазах, а главным катализатором является родительская любовь.

Не боялся только уколов

“За Димой в детдом мы пришли шесть лет назад, — вспоминает Галина Николаевна. — Это был худой мальчишка, который, держась за дверной косяк, еле переступал через порог. Развитие его практически остановилось — потому что постоянно лежал в кроватке, глядя в потолок…”

Даже сейчас мальчугану еще трудновато контролировать свое поведение — сказались тяжелые роды матери, кстати, она родила четверых и всех оставила в роддоме. До сих пор дважды в год Дима лечится в стационаре.

“Раньше он всего боялся! — подхватывает Валентин Борисович. — В транспорт его завожу, а он плачет и упирается. Даже душа страшился. Все это было ему в новинку. Единственное, чего не боялся, — уколов…”

Попав в семью, Дима пустился в рост: за год вытянулся на… 27 сантиметров — совсем как нежный росточек, посаженный в плодородную почву и окутанный любовью и заботой.

Одуванчик из Тольятти

Когда Дима подрос, он стал просить братика. Родители не сопротивлялись — понимали, что, если ребенок в семье один, он рискует вырасти эгоистом.

“Юру мы нашли в Тольятти, — вспоминает Галина Викторова. — Кровная мать мальчика — гражданка Казахстана, трое из ее пяти детей уже находились в приютах к моменту рождения этого малыша. Однажды она оставила годовалого Юру и его братика дома и пропала на три дня — полиции рассказывала, что вышла за хлебом. После этого случая Юра попал в дом ребенка, а пережитый стресс затормозил его умственное и речевое развитие”.

Когда Галина Викторова приехала за новым сыном, тот качался на качелях — растрепанный пушистый одуванчик. Воспитательница отвела женщину в сторонку: “Вы должны понимать, что он психованный, у него поражена нервная система, он закатывает истерики. У вас с ним будут большие проблемы”. Но Галина — стреляный воробей в этих вопросах.

Да, истерики поначалу были, но так многие приемные дети проверяют свои границы свободы. Если переждать эту бурю, жизнь продолжится с улыбкой. В этом году Юра наконец заговорил и пошел в коррекционный садик. Сейчас болтает вовсю — как и его ровесники.

Долгожданный шум и гам

Секретов такого преображения детей, по мнению мамы и папы, два: книги и обнимашки. Библиотека в доме знатная, на любой вкус. Детским книгам выделен отдельный огромный стеллаж. А читают здесь только в обнимку!

Этим удивительным родителям даже не приходится придумывать, чем увлечь детей: сыновья смотрят на взрослых и тянутся за ними. Двадцать лет Галина работала актрисой в Пензенском кукольном театре, а Валентин заведовал постановочной частью и делал кукол для спектаклей. Теперь пара ушла в свободное плаванье, став независимыми художниками и работая на театры других городов.

Дети теперь тоже делают кукол из подручных материалов и ставят свои спектакли. Дима уже второй год ходит в художественную школу. Преподаватели часто говорят о нем с восхищением: “Дима, как всегда, удивил нас!”

У Валентина двое своих детей, общая дочь Викторовых Мария давно выросла и живет в Санкт­Петербурге. “Я понимала, что однажды свою кровиночку придется отпустить в самостоятельную жизнь, — делится Галина Николаевна. — Маша сама призывала нас наконец пожить для себя. Мы так и делали, но все равно дом казался пустым без ребенка. Вдобавок мы с мужем оба выросли в многодетных семьях и привыкли к шуму­гаму. Вот тогда и пришла мысль взять приемных детей. А так как внуков у нас пока нет, то мы вновь молодые родители!”

Общество приемных родителей

По мнению супругов, в нашем государстве есть огромное упущение, касающееся детей­сирот. “Есть дети, родители которых лишены прав, и в документах стоит пометка “для усыновления”, — поясняют Викторовы. — Но имеется и другая категория, о которой мало кто говорит: таких детей можно взять в семью лишь на время, так как их мамы и папы родительских прав не лишены, а просто на время сдали детей государству из‑за материальных проблем или нахождения в тюрьме.

Огромное количество таких детей “временно” живут в детдомах, приютах, социальных центрах по нескольку лет, потому что их нельзя усыновить! Так ведь можно и до 18 лет прождать, а это значит, что шансов попасть в семью у ребенка практически нет…”

Галина Викторова с особым трепетом рассказывает про клуб приемных семей, где она получает колоссальную поддержку. “В одиночку с этим не справиться. Никакие материальные выплаты приемному родителю не компенсируют всех эмоциональных и физических затрат. Очень велика опасность выгорания и разочарования. Поэтому мы развиваем сообщество приемных родителей нашего города и области”, — поясняет приемная мама.

…Много преград стоит на пути у высоких чувств и душевных порывов. Но приемные родители всей огромной страны относятся к этому философски — как к испытаниям на пути к своему счастью. Обо всех треволнениях и несовершенстве бытия забываешь, когда черноглазый мальчуган у порога прикладывает ладошку к губам: “Я шлю вам воздушный поцелуй!” Это Дима так со мной прощается. Добрые слова за ним повторяет и Юра, а потом прижимается к теплой маме, обнимая ее и шепча: “Я тебя обазяю!”

Анастасия Кузнецова. Фото автора

SinvolPamyati