Президент РФ рассказал “МЛ”  об индексации пенсий

“Путин всех видит! Вставать с мест и кричать бесполезно!” — такой инструктаж с журналистами перед началом Большой пресс­конференции Президента России проводили впервые. Работники СМИ должны были не только правильно сидеть под прицелом камер, но и следить, чтобы их медицинские маски не сползали с носа. В противном случае организаторы могли получить выговор от Роспотребнадзора. Пандемия внесла заметные коррективы в формат общения журналистов с Владимиром Путиным.

Традиционная пресс­конференция главы государства состоялась 17 декабря. Она проходила в режиме онлайн. Президент вышел на связь ровно в полдень из своей резиденции в Ново­Огарево, где вместе с ним присутствовали журналисты президентского пула.

Проверка на COVID-19

Представители федеральных изданий и телеканалов работали дистанционно из Центра международной торговли в Москве, региональные СМИ были распределены по площадкам в столицах федеральных округов. Поэтому впервые за шесть лет участия в пресс­конференциях Владимира Путина мне пришлось ехать не в Москву, а в Нижний Новгород.

Всего на пресс­конференцию было аккредитовано 774 представителя прессы, от Приволжского федерального округа — 83. В Нижний Новгород нужно было прибыть за сутки до начала пресс­конференции, чтобы пройти исследование на коронавирусную инфекцию.

Иногородних поселили в одной гостинице, куда в назначенный час приехали медики в защитных костюмах. Всем измерили температуру, а потом журналисты выстроились в длинную очередь, чтобы сдать тесты на covid­19. “Даже если тест будет положительным, все равно пойду на пресс­конференцию! Я знаю свои права!” — громко возмущался корреспондент из Кирова. Его можно было понять. Пройти федеральную аккредитацию через управление по делам Президента РФ и в самый последний момент “погореть” на тесте, конечно, обидно!

Некоторые острословы, кстати, предположили, что с помощью анализов на covid­19 местные организаторы могут корректировать количество участников большого мероприятия. К счастью, все обошлось. Из 83 человек от ПФО на онлайн­встречу с Владимиром Путиным попали 78 человек. Пять не приехали в Нижний Новгород по личным причинам.

Меры безопасности

Площадка, где проходило мероприятие, была организована в нижегородском Доме связи. На сцене актового зала, какие сохранились на предприятиях с советских времен, установили огромный экран, пол застелили серым ковролином, а вдоль стен растянули многометровые желто­коричневые баннеры. В итоге помещение превратилось в современную телевизионную студию. Кстати, все площадки в федеральных округах были оформлены в едином стиле.

78 журналистов для одного зала — это, конечно, не 1820, как в прошлом году на пресс­конференции в Москве. Но все равно пришлось приложить усилия, чтобы занять место в первом ряду. В Дом связи я прибыла в начале девятого, за 40 минут до того, как начали выдавать аккредитацию. В итоге бейдж с фотографией и пресс­пакет получила одной из первых. Далее обязательная процедура — выдача дополнительных масок, перчаток, антисептиков, измерение температуры тела. Следующий этап — металлодетектор и проверка содержимого сумок.

Если в прошлом году в Центре международной торговли в Москве журналистам не разрешали проносить в зал бутылки с водой, большие плакаты и транспаранты, то в Нижнем Новгороде пришлось сдавать даже дамские сумочки. Их в гардеробе запаковывали и запечатывали в полиэтиленовые пакеты. Дело в том, что стулья в зале стояли на социальной дистанции и между ними в кадре все хорошо просматривалось. Поэтому вокруг не должно было быть ничего лишнего.

За два часа до начала трансляции журналисты уже стали собираться у зала. Там проходила проверка связи, звука и света, поэтому никого не пускали. Участники мероприятия не теряли времени. Кто‑то фотографировался на фоне баннеров “Ежегодная пресс­конференция­2020”, некоторые брали друг у друга интервью. А один из корреспондентов решил схитрить и проникнуть внутрь.

Что он сделал? Он отстегнул от своего бейджа желтую ленту и прикрепил его на полоску бело­сине­красного цвета. Видимо, привез с собой. Точь­в‑точь такие были у организаторов и охраны. Но затеряться среди работников сцены журналисту не удалось. Сотрудники службы безопасности вычислили его в два счета и вывели из студии.

Инструктаж для СМИ

В зал я зашла одной из первых, поэтому смогла выбрать место в самом центре. Как раз перед основной камерой. Их в студии было несколько: участников снимали со всех ракурсов.

“Когда задаете вопрос, смотреть нужно не на Президента, а на ту камеру, у которой горит лампочка, — объяснял режиссер перед трансляцией. — Только так на экране создается эффект, что вы смотрите главе государства в глаза, а не в сторону.

Журналистов также предупредили, что микрофоны не стоит трогать руками. Их будет держать волонтер. А маску можно снять или спустить на подбородок только перед тем, как задать вопрос.

Как оказалось, у дистанционного формата пресс­конференции много плюсов. Во­первых, нет давки. Во­вторых, никто не кричит и не прыгает перед тобой с плакатом. Подавать голос в зале было бесполезно, ведь звук идет в эфир, если только включен основной микрофон.

С другой стороны, во много раз уменьшаются шансы журналистов задать вопрос Владимиру Путину. Каждой региональной площадке пресс­секретарь Президента Дмитрий Песков давал слово лишь по два раза. Заметили тех, у кого была яркая табличка, кто сидел в первых рядах и на кого были направлены камеры.

“Пенсии. Пенза”

Когда на четвертом часу пресс­конференции Песков предложил переключиться на площадку “Нижний Новгород” уже во второй раз, центральная камера вывела ему крупно шесть плакатов. На трех не читались мелкие буквы. Из трех других — “Путин спасибо за Здунова” (это новый врио губернатора Мордовии, который готовится к выборам. — Прим. ред.), “Малый бизнес. Выжить. Выжать” и “Пенсии. Пенза” — он выбрал последнее. “Пенза. Пожалуйста. Пенсии!” — объявил Песков, и ко мне подошел волонтер с микрофоном. Кстати, синий набалдашник (так назвал его пресс­секретарь Президента, а на профессиональном языке это ветрозащита микрофона), в который я говорила, мне сразу запаковали в полиэтиленовый пакет и подарили на память.

Стоит напомнить, что с такой табличкой я езжу на пресс­конференции главы государства уже шесть лет. И четвертый раз она помогает мне задать вопрос, который волнует тысячи читателей “Молодого ленинца”. А Владимир Путин как будто вспомнил название нашей газеты и сказал: “Вы хоть и “Молодой ленинец”, а то, что заботитесь о старшем поколении, — это здорово!”

По окончании трансляции ко мне стали подходить с камерами корреспонденты различных телеканалов. Они интересовались, почему я задала именно такой вопрос, что буду делать с “набалдашником” и просили раскрыть секрет, как привлечь внимание Президента. А в это время за спиной некоторые комментировали: “В следующий раз поеду в красном и с плакатом “Пенсии”!” Кто‑то пытался спорить: “Нет, все равно не получится. Она просто похожа на Татьяну Навку!” Разумеется, объяснить каждому, что такое журналистская удача и почему мне в четвертый раз удалось задать вопрос Президенту РФ, я не могла…

Юлия Измайлова

SinvolPamyati