Главная
№ 39 (7919) от 25 сентября 2018 года
«Я – бомж!»

«Андрея выселяют из комнаты — платить нечем. Ему придется возвращаться в барак с крысами. Бедняга отморозил себе ноги, нужно оформлять инвалидность. Сам он еле ползает — сидит у Покровского храма на Чкалова, побирается», — такой крик души недавно появился в соцсети. Инициатор призыва о помощи — наша землячка Лариса. Душещипательная история этого бедолаги разрывает сердце на части. Но, как выясняется, есть в этой жизненной повести и другая сторона, у которой своя правда…

Злодейка судьба
«Зовут меня Андрей, мне 48, — начал свой рассказ бездомный. — Родом с Когалыма, из-под Тюмени. Там выучился на слесаря, работал, познакомился со своей будущей женой. Тогда у меня была «двушка», а у супруги — доля в 4-комнатной квартире. Вскоре моя теща, которая жила в Пензенской области, заболела — рак. Мы с женой все продали, приехали сюда, но врачи оказались бессильны… С тех пор обосновались в Пензе, купили трехкомнатную квартиру, поселились там вместе с детьми — трое общих и моя падчерица, которая тоже стала родной».
В Пензе устроился на одну фабрику, но обстоятельства вынуждали часто менять работу. Потом ноги обморозил — уехал лечиться. Вернулся — а замок в двери поменян! Дети говорят: «Мама велела тебе не открывать». Вызвал участкового, а он развел руками: «Это все только через суд решается, ничем помочь не могу».
По словам Андрея, вскоре жена показала ему свидетельство о расторжении брака. И хотя он остался прописанным в жилье, где есть его доля, попасть туда не может: оказался на улице при живой семье. Сначала обосновался в сгоревшем доме чуть ниже церкви. «Но там постоянно крысы снуют. Чтобы уснуть, выпиваю на ночь», — жалуется бродяга, объясняя исходящее от него амбре.
Операция по спасению
«Об истории Андрея я узнала у батюшки в храме, — рассказала та самая неравнодушная пензячка Лариса, которая забила в набат в соцсетях. — Добрые люди по копейке собрали деньги ему на комнату в общежитии — 4000 рублей. Купила Андрею новую футболку, кепку, бритву. Оставалось только постричься и бросить силы на оформление инвалидности.
Но до парикмахерской, что через дорогу от общежития, он так и не дошел… А когда я наведалась к нему с «ревизией» в комнату, то пришла в ужас: на столе — гнилые продукты, горы грязной посуды, рой мух, накурено — хоть топор вешай».
В общем, хотели как лучше, а вышло как всегда: иждивенческий образ жизни гораздо менее трудозатратный, и Андрей выбрал именно его. Ест иногда — когда из церкви вынесут суп в баночке, из соцзащиты привезут консервы и сухую лапшу либо волонтеры накормят обедом (правда, не чаще трех раз в месяц). Все лето бродяга питался яблоками с окрестных деревьев. Раньше Андрей помогал при церкви, траву косил, хмель с забора обдирал, а теперь лишился и этого способа подработать — ноги совсем отказали.
Лариса не сдается и продолжает искать неравнодушных людей, которые готовы пожертвовать на комнату еще 4 тысячи за следующий месяц, ведь скоро зима…

Правда в лицо
Ух, так и захотелось взглянуть в глаза бывшей супруге Андрея, которая выставила его, больного, на улицу! Отправилась я туда с поддержкой — Ларисой и сотрудниками Социального управления. Мало ли что…
Дверь открыла 13-летняя падчерица Андрея. Опрятная, вежливая, хорошо одетая. Квартира тоже порадовала хорошим ремонтом и мебелью. Сама хозяйка встретила нас приветливо. И сообщила, что муж сам ушел три года назад.
«После переезда в Пензенскую область у него произошел перелом — Андрей не хотел работать, все время увольнялся отовсюду под разными предлогами. А от этого «стресса» отходил месяцами… Жили мы на мои декретные, которые у нас на Севере приличные. Но это же деньги на детей!»
В 2012 году в семье родились двойняшки. Но отец меняться к лучшему не хотел. Да еще и пить начал. С очередной работы его за это и уволили с треском. «Он стал откровенно чудить, — вздыхает многодетная женщина. — Выдергивал шланг из стиральной машинки, чтобы затопить соседей. Из кастрюль пропадала еда, рассчитанная на всю семью…»
25 ноября 2015 года Андрей в одночасье собрал вещи и был таков. Жена не раз предлагала ему разделить жилье миром. Но воз и ныне там.
Специалисты МБУ «Комплексный центр социальной помощи семье и детям Первомайского района» предложили при первом появлении горе­отца отправить его в поликлинику по месту жительства, где в дальнейшем по усмотрению врача будет предложено стационарное либо амбулаторное лечение, а также оформление при необходимости группы инвалидности. «Он может оформиться и в дом­интернат, — говорят специалисты. — Мы предлагали ему прийти к нам за одеждой, обувью, готовы предоставить юриста и психолога. Но если человек сам не хочет меняться, вряд ли ему кто-то поможет…»
Ночлежка
Озвученную выше мысль подтверждает многолетний опыт работы дома ночного пребывания в Пензе. Ежегодно через него проходит около двухсот постояльцев, больше половины из которых — судимые. «Далеко не все готовы меняться к лучшему, — говорит директор Артем Конарев. — Например, в прошлом году из 198 человек работать пошли всего 71. К счастью, 39 из них в итоге полностью вернулись к нормальной жизни».
Койки в ночлежке на Рябова редко пустуют — каждую ночь здесь спят около полусотни постояльцев. Флюорография — гарантированный билет в пусть своеобразный, но уют. Если обследование не пройдено, можно переночевать в карантинном помещении.
Говорят, чтобы накормить человека, ему нужно дать удочку, а не рыбу. В доме ночного пребывания действуют по такому же принципу. После того как человек отмылся, поел, выспался на чистой простыне, ему излагают информацию о том, где требуется наемный рабочий труд. Попутно сотрудники учреждения хлопочут о восстановлении связей с родственниками для всех нуждающихся, выправляют потерянные или украденные документы, дают юридические консультации.
И некоторые меняются до неузнаваемости! А для этого нужно так мало — просто чтобы человек увидел, что в него верят. Один постоялец оказался заправским художником. Когда Артем Викторович лично вручил ему холсты, краски и попросил написать несколько картин для украшения коридоров, бедняга аж прослезился: «Вам это правда интересно?» Полотна вышли живописными — рассветы, закаты… На открытии биеннале маэстро преобразился: намылся, набрился, приоделся. «Каждому человеку нужно дать шанс», — убежден Артем Конарев.
Еще одна гордость ночлежки — легендарная дама с Байкала, которая полностью исправилась, завязала с зеленым змием. Сначала подрабатывала уборщицей, потом, восстановив документы, поехала к дочери, которую ей помогли найти через соцсети. Вскоре позвонила Артему Викторовичу и горячо поблагодарила за помощь.
Еще один приятный пример — отсидевший пять лет за грабеж молодой парень. Он не только полностью завязал с криминальным прошлым, но и устроился на работу в селе Воскресеновка, нашел там себе невесту и даже пригласил директора дома ночного пребывания на свадьбу.
«По закону тридцать дней в году бродяга может жить и питаться у нас бесплатно. Все, что свыше этого, оплачивается чисто символически — 30 рублей за ночь, — поясняет Артем Конарев. — Но зимой мы никому отказать не можем — замерзнут же… До 6 месяцев человек может быть у нас временно зарегистрирован: за это время и можно изменить жизнь к лучшему».