Главная
№ 32 (7860) от 8 августа 2017 года
Бывалый парашютист увлекся народными промыслами

Военный пенсионер Александр Мурдяев — личность в Мокшане известная. Энтузиаст народных промыслов еще и парашютист с серьезным стажем!
«Все началось с парка имени Белинского, — вспоминает Александр Васильевич. — Кто постарше, хорошо помнит парашютную вышку — был такой аттракцион. Вроде бы прыгаешь, как с сарая с зонтиком, но все равно дух в первый момент захватывало ого­го! Мне было лет 12, когда я совершил свой первый, пусть еще и не серьезный прыжок.
А уже в училище к нам пришел инструктор из ДОСААФ, предложил заниматься в парашютной секции. Конечно же, я сразу записался!»
На счету Мурдяева было уже 7 прыжков, когда он отправился служить в армию. Стал бортмехаником транспортных самолетов, летал и в Афганистане. Первое время душманы американскими «стингерами» не пользовались, поэтому просто палили по нашим самолетам из пулеметов. Дыры от пуль в обшивке пензяк находил постоянно.
Когда же «духи» освоили переносной зенитно­ракетный комплекс, советские самолеты старались летать на таких высотах, где их сбить не могли.
«Наша база располагалась в Узбекистане, там же базировалась и сборная команда СССР по парашютному спорту, — вспоминает наш герой. — Там что ни имя — легенда. Взять ту же Светлану Закорецкую, чемпионку мира, которая первой из женщин выполнила 10 тысяч прыжков. Вот с ними вместе я и прыгал.
Прыгали мы в самых разных условиях: с низких высот, в жару и дождь, в горах и на воду… Самыми экстремальными считались ночные прыжки, когда под тобой темнота, только где-то далеко внизу факелами подсвечивается место для приземления, а у тебя лишь фонарик, чтобы стропы освещать.
Случались и ЧП. Как-то прыгали на местном празднике урожая над ипподромом, и у меня отцепилась лямка ранца. Повис на одной, стропы перекрутились, на высотометр смотрю — до земли триста метров! Следующие сто метров неконтролируемого падения ушли на то, чтобы отцепить вторую лямку и раскрыть запасной парашют. Многие зрители наверняка подумали, что этот трюк был тщательно спланирован, но после того прыжка у меня в шевелюре появилась седая прядь».
Свой последний прыжок Александр Васильевич совершил в 1990-м в далеком Хабаровске. Уйдя на заслуженный отдых, Мурдяев вместе с семьей осел в Мокшане. Тут-то у военного пенсионера и возник интерес к народным промыслам.
«Всякие поделки из дерева я с детства умел вырезать, — рассказывает пенсионер. — А тут увлекся лозоплетением. Освоил это дело сам, по книге.
Больше всего времени уходит на подготовку к самому процессу. Заготовку ивняка нужно проводить осенью или весной. Для изготовления обручей корзины, для стоек, бокового плетения и плетения дна нужны разные сорта. Заготовленные весной побеги очищают от коры сразу, а заготовленные осенью перед очисткой варят».
По словам умельца, корзинку можно сплести часа за два. На донышко мелкие прутья идут, потом основа покрупнее, а обвязка и верхний край поочередно самые крупные. Сверху все покрывается слоем лака, чтобы легче было смыть грязь — например, от того же масленка остаются въедливые следы, и в таких местах прут начинает гнить.
«А несколько лет назад я увлекся еще и плетением из бересты, — продолжает наш герой. — Дочка с внучкой вернулись из турпоездки в Питер, привезли оттуда сувенирную берестяную кружку. Я глянул и понял, что могу сделать не хуже.
Кстати, срезка бересты не наносит серьезного вреда березе, потому что сама кора дерева не повреждается, на этом месте просто появляется корка. Туески из бересты делать дольше, чем плести корзины из ивняка, однако и изделия получаются весьма симпатичными.
И к тому же береста обладает антисептическими свойствами. В берестяных сосудах может долго храниться молоко, оставаясь свежим, как и сметана, масло, рыба, мясо, грибы, орехи, ягоды, мед… Хлеб тоже долго остается свежим и мягким, а в муке и крупах не заводятся жучки. И еще учеными установлено, что изделия из березовой коры снимают головную боль и нормализуют давление. Вот мы с женой, например, давно забыли про все свои возрастные болячки».