Главная
№ 25 (7853) от 20 июня 2017 года
Целебные картины Василия Гусева

Мокшанский пенсионер Василий Гусев плетет корзины и берестяные изделия, включая лапти, которые хоть сразу надевай на ноги и гуляй по селу. Но главная его страсть — живопись.
Гусев родился и вырос в Мокшане, работал мастером производственного обучения в СПТУ, 15 лет проработал водителем автобуса. Но только выйдя на пенсию, смог в полной мере отдаться любимому хобби.
«Сразу купил холсты, масляные краски, грунтовку, мольберт — в общем, все, что нужно живописцу, кроме рам, которые сам делаю, — рассказывает Василий Николаевич. — Первой моей работой стал портрет свояченицы. Однако на самом деле портреты я рисую редко, только если кто-то сильно попросит или на заказ. Помните знаменитую историю Дориана Грея? Вот и я уверен, что человека и его портретное изображение связывают энергетические каналы, особенно когда художник вкладывает в свою работу душу. И не всегда это герою портрета идет на пользу!»
Натюрморты и пейзажи — самые любимые жанры Гусева. Причем, чтобы не таскать с собой тяжелый мольберт, пенсионер начинает работу над очередным полотном… с сотовым телефоном, на который снимает понравившиеся виды. А уже дома по фотографии рисует пейзажи.
«А бывает, люди дают старую фотографию родных мест и просят по ней нарисовать пейзаж — ностальгия мучает, — разводит руками художник. — Я стараюсь писать с душой, картины получаются энергетически насыщенными и во многом даже целебными. Один знакомый мне рассказывал, что как только начинает плохо себя чувствовать или настроение падает — сразу обращает взгляд к моему холсту. И сразу же самочувствие улучшается!»
Василий Гусев уверен, что все картины излучают энергию, поэтому предпочитает радовать людей светлыми, несущими позитив пейзажами. Между прочим, живописец вот уже четверть века дипломированный экстрасенс! Но прием на дому по примеру некоторых самодеятельных знахарей открывать не собирается. Просто помогает тем, кто в этом нуждается.
«Пришла как-то соседка, мол, ячмень то на одном глазу вскочит, то на другом, — вспоминает Василий Николаевич. — Я ее предупредил, что не хочу через свою ауру все это перекачивать, и посоветовал, что надо сделать, чтобы ячмень прошел. Однако строго предупредил, что подобные методики больше никогда использовать нельзя!
У соседки все получилось, и она тут же вообразила себя целительницей. Решила знакомого подлечить, а потом ко мне снова в слезах прибежала: «Вася, выручай, у меня и тут вскочило, и тут…»
«Ну я же предупреждал, что могут быть последствия, если начнешь бесконтрольно использовать метод, которому я тебя обучил!»
С восточной медициной мокшанца познакомили корейские врачеватели, когда судьба занесла его в Казахстан. Кое­что из подсмотренного потом Гусеву пригодилось на практике.
«Поехал я как-то в Пензу краски покупать, — рассказывает художник. — Вместе со мной в магазин зашел мужчина, который вдруг побледнел и с хрипом стал оседать на пол. Первая мысль — сердечный приступ.
Пока продавец вызывал скорую помощь, я возвращал пациента к жизни с помощью восточной медицины. Нажал пальцем на болевую точку под носом, потом на запястье и на срединный нерв локтевого сгиба. Дыхание мужчины тут же стабилизировалось, хрипы исчезли. Так что к приезду скорой выглядел бедолага уже совсем не печально!»