Куда в Пензе попадают оступившиеся подростки

Казенные дома бывают разными, но все их объединяет одно: попадать сюда по доброй воле никто не спешит. Однако судьба распоряжается иначе, и в стенах пенитенциарных заведений оказываются и совсем юные создания.

Выбрать правильный путь

Конечно, Центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей УМВД России по Пензенской области — это не санаторий. Но и на тюрьму это здание похоже только колючей проволокой по периметру. А так здесь созданы все условия, чтобы юные подопечные взялись за ум и вырулили со своей скользкой тропинки на верную жизненную дорогу.

«Мы относимся к учреждениям системы профилактики, — поясняет начальник ЦВСНП, полковник полиции Светлана Адмаева. — В основном к нам попадают ребята 14—16 лет, которые совершили правонарушения, грозящие административной или уголовной ответственностью. Как правило, это кражи или появление в нетрезвом виде в общественном месте. Также здесь временно могут оказаться те, кто ожидает рассмотрения судом вопроса о помещении их в учебно­воспитательные учреждения закрытого типа».

Если в течение трех часов после задержания несовершеннолетнего не смогли передать родителям или опекунам, то ему одна дорога — в ЦВСНП. Здесь за двое суток должны установить местонахождение его законных представителей.

Но если за подростком так никто и не приехал, то в семью его доставляют сотрудники центра (в том случае, если дом находится в радиусе 1000 км от центра). Так, несколько лет назад одного 14‑летнего паренька транспортировали в Пермский край. В Пензу сорвиголова добрался поездом, без билета. По причине отсутствия денег мать отказалась приезжать за ним…

Помещают в ЦВСНП и тех, кто совершил общественно опасное деяние, но по возрасту еще не может нести уголовную ответственность. Таких детей здесь могут содержать 30—45 дней.

Не муштрой единой

Работа в центре кипит круглосуточно — всегда есть дежурный и воспитатель с педагогическим образованием. Сотрудники работают и днем и ночью, также в штате имеются психолог, дезинфектор, повар, медсестра. Уроки ведут педагоги­предметники из 21‑й вечерней школы.

«Каждому поступившему ребенку мы выдаем гигиенический набор, — говорит дезинфектор Любовь Федина. — В нем шампунь, зубная паста и щетка, антибактериальное и хозяйственное мыло, туалетная бумага, трусы и носки. Также ребенок получает полотенце и постельное белье. Если его вещи непригодны для носки, то выдаем и одежду».

Распорядок дня здесь неизменный — все‑таки строгая система: 8.30 — завтрак, 11.00 — второй завтрак, 14.00 — обед, 16.00 — полдник, 19.00 — ужин. Уроки проходят с понедельника по пятницу, как в обычной школе, все учебники в достатке и ежегодно обновляются. Время, проведенное в таком специфическом классе, обязательно засчитывается ребенку — вписывается в специальную справку, которую потом нужно предъявить по месту учебы.

Телефоны — под строгим запретом. Звонить близким можно лишь по стационарному аппарату после 18.00. Просмотр телевизора — только 30 минут в день. Не санаторий же, повторяем.

Так что свободного времени много, но его есть куда потратить. Разительное отличие ЦВСНП от обычной школы в том, что каждый день помимо общеобразовательных уроков проходят беседы, диспуты, круглые столы (а также викторины, конкурсы, эстафеты, кинопросмотры) — и все это на общечеловеческие темы права, этики, религии, нравственности. Одной муштрой юные души не перевоспитаешь!

Обязательны индивидуальные беседы и психокоррекционные занятия — их проводят, проанализировав исходные данные (каждый постоялец проходит психодиагностику).

«Если вижу, что ребенок может и хочет заниматься, то сделаю все, чтобы его не перевели в специализированное образовательное учреждение, — говорит Светлана Адмаева. — К примеру, у нас был мальчишка из Бессоновского района — украл велосипед. Мама одна воспитывала ребенка и работала сутками. Не могла встречать его из школы, не могла учить с ним уроки.

В итоге, будучи в 6 классе, паренек не умел толком читать и писать! Мы приложили максимум усилий, чтобы восполнить пробелы начальной школы. Я уговорила маму сменить место работы, чтобы она могла посвящать время сыну — тем более он все схватывал на лету!»

Это не приговор!

За 11 месяцев 2021 года в центре побывало 75 человек, в том числе пять ребят из других регионов. Так, прошлой зимой здесь «гостили» подростки из Ульяновской области и Мордовии. Парни промышляли тем, что выносили из крупных сетевых магазинов шампуни, гели, парфюм и быстро сбывали этот товар.

Мальчиков здесь в разы больше, чем девочек, — с начала года 59 против 16‑ти. Так, пять предствительниц слабого пола попали сюда за драку (конфликт возник из­за парня).

«Далеко не все дети идут на контакт с сотрудниками полиции и педагогами — контингент трудный, — продолжает Светлана Васильевна. — Сейчас в центре находится один 14‑летний мальчик. У него явно демонстративное поведение — правонарушениями он привлекает внимание к себе: матери не до него, с отцом не видится, так как родители в разводе. Мы работаем не только с подростком, но и с его родителями — даем свои рекомендации по исправлению ситуации, подключаем комиссии по делам несовершеннолетних, школьных психологов».

Вообще, как уверяет начальник центра, плохих детей не бывает — есть неподобающие условия социума. И именно они порой толкают на правонарушения. К примеру, одного 7‑летнего ребенка мама заставляла воровать телефоны у посетителей кафе. А другого 10­летнего мальчишку родители поощряли за воровство в магазине — в 10 лет он приносил макароны, хлеб, сигареты. Так он пытался заслужить свою порцию тепла и любви…

Увы, исправить и вразумить удается не всех — некоторых приходится отправлять в учебно­воспитательные учреждения закрытого типа. Но и это не приговор! «В такое учреждение в Татарстане попал мальчик­сирота из Пензы, — вспоминает Светлана Васильевна. — Он, будучи под опекой бабушки, несколько раз попадался на краже, нюхал клей, воровал автомобильные аккумуляторы.

Выйдя из закрытой школы через три года, парень доучился в обычной школе, занялся спортом, поступил на факультет физического воспитания в пензенский педколледж и сейчас часто навещает подопечных нашего центра как волонтер — рассказывает свою показательную личную историю и предупреждает, насколько важно вовремя остановиться».

Диана Вейбер

SinvolPamyati