Сергей Дрожжилов: «Я по натуре авантюрист»

Сергей Дрожжилов запомнился зрителям первой же своей ролью в пензенском драмтеатре, сыграв Мастера в постановке «Мастер и Маргарита» Валерия Беляковича. А сегодня, 27 лет спустя, заслуженный работник культуры Пензенской области Сергей Анатольевич Дрожжилов по праву может считаться старожилом пензенской сцены. Да и сам он уже считает себя пензяком, хотя родился в Челябинске.

— Мое детство прошло в металлургическом районе города, в окно выглядываешь, а там коптящие небо домны, — рассказывает Сергей Анатольевич. — Мимо цинкового завода едешь — закрываешь лицо отворотом куртки, просто дышать невозможно. Отец мой был сталеваром, мама работала лаборантом в центральной аналитической лаборатории, а потом термистом на заводе тракторных агрегатов при ЧТЗ. Я с детства рос в уверенности, что Челябинск — опорный край державы, у нас и на вокзале стоит памятник «Батюшка Урал».

— Родители мечтали увидеть вас продолжателем династии?

— Не угадали. Они знали, как тяжел труд на заводе, и не хотели своим детям такой же судьбы. Мама мечтала, чтобы я стал врачом, и я даже поступал в мединститут, но с первой попытки не получилось. А вот мой младший брат сумел-таки реализовать мамину мечту, до сих пор трудится врачом. На следующий год собирался снова поступать в медицинский, но тут увидел по телевизору репортаж с актерского отделения Челябинского музыкального училища им. Чайковского, которое открылось всего год назад. В сюжете показывали первую волну поступающих, запомнилось, как девочка изображала новорожденного олененка, другие обезьянками прыгают… Посмеялся про себя, вот это, думаю, экзамены — обезьянкой попрыгать. А потом открываю «Вечерний Челябинск» и вижу объявление о наборе второй волны поступающих. Никого из своих не поставив в известность, пришел и спокойно сдал вступительные экзамены. Спокойный, а там все на нервах, все мечтают стать артистами. Ну я на своем спокойствии и поступил без проблем. Хотя мама была в шоке. Ах, хочешь стать актером? Ну, посмотрим, как ты проживешь на актерскую зарплату.

После окончания учебы я оказался в Магнитогорске. Три года отдал местному драмтеатру, а потом перебрался в Грозный. Решил посмотреть Кавказ. Запомнилось, что у Дома политпросвещения стоял памятник покорителю Чечни генералу Ермолову, а я удивился, почему это постамент обмотан колючей проволокой. Оказалось, потому что местные регулярно взрывают, приходится каждый раз бюст отливать заново.

— Долго там продержались?

— Год, а затем мы с женой перебрались в Благовещенск. У меня было ощущение, что я оказался на краю света. Да еще остался один — жена вскоре поехала рожать к родителям в Кишинев, откуда вернулась уже с ребенком.

Я по натуре авантюрист, решил сменить профессию. Устроиться в золотодобывающие артели на прииски. Но там нужны были мастера на все руки, а я ничего этого не умею. Махнул в Петропавловск-Камчатский, но устроиться на какой-нибудь рыболовный сейнер тоже не получилось. Оказалось, там только по блату можно оказаться. Прилетел в Якутск, устроился на плавкран на Вилюй. Но долго не проработал — медики обнаружили у меня повышенное давление. Устроился рабочим в геологическую партию в «ЯкутскАвтодор». Нужно было бурить ручным буром до вечной мерзлоты, чтобы знать, на какую глубину сваи забивать.

Весной все там затапливало. Помню, как облетали районы затопления на вертолете, смотрели, где рвануть, а я сижу на ящике с динамитом. Потом нас высадили на сухом участке, а дальше на моторке. И плывем мы прямо по затопленному кладбищу, а справа и слева от нас кресты из воды торчат.

Через год перебрался в Кишинев. Устроился в строительный кооператив. Председатель ЖСК говорит: «Ты лучше молчи про свое актерское прошлое, скажи, что занимался земляными работами. Тогда будет понятно, почему ничего не умеешь». Год проработал, а там уж и СССР развалился. На русских стали косо поглядывать, да и мне захотелось вернуться в театр. Ирина первой перебралась в костромской драматический, а через год и я к ней присоединился.

— А в Пензе как оказались?

— В 1995 году судьба свела нас с худруком пензенского драмтеатра Виктором Огаревым, по его предложению мы и перебрались в Пензу. А тут как раз Валерий Белякович ставит «Мастера и Маргариту». В Костроме я играл в этой пьесе Коровьева, а тут Белякович мне сразу дал роль Мастера. Мало того, Ирина играла Маргариту. Это уникальный случай в истории этой постановки, когда муж и жена играют Мастера и Маргариту. Спектакль пользовался огромным успехом. Нас заваливали цветами, а однажды благодарный зритель вынес на сцену соты с медом. Затем у нас был период — мы 8 лет работали в ТЮЗе. Но все же я снова по приглашению Огарева вернулся в драмтеатр.

— Роль Столыпина стала для вас знаковой?

— Безусловно! Но роль давалась нелегко, я не понимал ход мыслей Столыпина, я их просто заучивал. Важно было, чтобы зритель хотя бы не плевался. Помню, ездили на театральный фестиваль в Калугу, я даже не пошел выслушивать мнения критиков. А потом сказали, что они спектакль и в частности мою игру расхвалили.

— А есть у вас какое-нибудь хобби?

— Я заядлый грибник. И вообще люблю бродить в одиночестве по лесу, это единственное место, где мне по-настоящему хорошо. Только ты и природа. Ну а затем с новыми силами на сцену!

Яков Белкин. Фото В. Павловского.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

SinvolPamyati