Я не раз писала о своем псе «дворянской» породы по кличке Чак — о его проделках, о сложном характере, о том, как он набирался опыта и ума, как из запуганного щенка с целым букетом заболеваний постепенно превращался в крупного красавца с маской на морде, роскошным белоснежным воротником и вечно печальными глазами, будто он страдал он несовершенства этого мира.
Теперь Чака нет. Он ушел на радугу — так принято говорить о наших любимцах, покинувших этот мир.
На Новый год ему исполнилось 10 лет. Он по-прежнему отличался хорошим аппетитом, нелюбовью к физическим нагрузкам и абсолютным равнодушием к нападавшим на него на прогулках мелким собачкам.
Четырехлетний внук, который привык видеть нас всегда вместе, меня так и называл — «Баба-Оля-с-Чаком» — в одно слово, как Пеппи Длинныйчулок. А пес терпеливо переносил обнимашки малыша, снисходительно помахивая пушистым хвостом.
В первых числах марта Чак стал сильно кашлять и даже начал храпеть во сне, чего никогда не замечалось. Я сразу повела его в клинику. Тут же сделали анализы крови, УЗИ, рентген — и страшный диагноз: новообразования в легких и поражение печени.
Следующие три недели Чак держался на уколах и капельницах. Он похудел на 12 килограммов, я кормила его с руки, а поила из шприца. В последний день он подполз к балкону — своему любимому месту, откуда часами наблюдал за жизнью во дворе — и положил голову на порог: выйти наружу у него больше не было сил. Он уже был не здесь — об этом говорили подернутые сизоватой дымкой карие глаза… А ночью я легла рядом с ним на полу и гладила, гладила по голове, пока он не вздохнул в последний раз.
Я не плакала, когда приехал ветеринарный врач и забрал мертвое тело на кремацию (есть в Пензе такая услуга). Я не плакала, когда собирала миски и игрушки или держала в руках ошейник с поводком. Слезы полились лишь тогда, когда внук, за которым я пришла в детский сад, спросил: «Бабушка, а почему ты сегодня без Чака? Где он?» Пытаясь сдержать дрожь в голосе, я сказала: «Чака больше нет с нами, он ушел на радугу». — «А когда она будет в небе?» — поинтересовался малыш. «Скоро наступит лето, пройдет сильный дождь, и в небе появится радуга», — объяснила я. И тогда внук повернулся ко мне и торжественно сказал: «Бабушка, мы обязательно увидим на ней нашего Чака! Он станет маленьким щеночком, мы заберем его к себе и снова станем с ним играть, как раньше!»
Вот тут-то я и заплакала.
В квартире стало тихо и пусто — никто не сопит, не клацает когтями по линолеуму, не лает басовито при звонке в дверь. Лишь кот Шухарт иногда жалобно мяучит, не в силах понять, куда делся его большой лохматый приятель. Шух — рыжий дикарь, который до недавнего времени терпеть не мог никаких телячьих нежностей. Теперь не отходит от меня: стоит сесть за компьютер или книгу, он тут же лезет на колени, тычется в мою ладонь лбом и требует свою порцию ласки. Будто говорит: «Ну я-то у тебя еще остался!»
Вот такая невеселая история.
Ольга ТЕРЕХИНА.
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
