В коридорах одной из районных больниц Запорожской области гулко раздаются шаги. Для местных жителей этот звук — синоним надежды. Сюда, на новые российские территории, где дефицит врачей ощущается особенно остро, едут специалисты со всей большой страны. Среди них и наши земляки, для которых врачебный долг оказался сильнее бытовых удобств и инстинкта самосохранения.
Дежурства под атаками БПЛА
Недавно из командировки вернулись Рамиль Бареев и Константин Сергацкий — два врача областной клинической больницы имени Н. Н. Бурденко, чьи истории лучше любых сводок говорят о том, что сегодня происходит в медицине прифронтовых регионов.
Рамиль Рифатович Бареев — анестезиолог-реаниматолог с медицинским стажем с 2015 года. Решение ехать он принял после короткого разговора с коллегой.
«Я тут же предложил свою кандидатуру, ее утвердили, и вскоре я уже был в Запорожской области. Командировка совпала с моим отпуском. И хотя я мог бы провести его где‑нибудь у моря или просто на диване перед телевизором, однако чувство патриотизма позвало меня в дорогу», — признается доктор.
Чтобы лишний раз не волновать родных, семье он поначалу сказал лишь об обычной служебной поездке. Позже, когда ежедневные видеозвонки раскрыли родным Рамиля реальное место его нахождения, они, как и коллеги из Пензы, поддержали его решение безоговорочно.
Бареева распределили в одну из районных больниц, на базе которой был развернут госпиталь. Нагрузка была колоссальной: ввиду малого количества специалистов пензяку приходилось быть везде одновременно. Он совмещал дежурства в приемном отделении, реанимации и операционной.
«Бывало, начинал свое дежурство в реанимационном отделении, потом, убедившись, что состояние пациента стабильно, оставлял его на попечение помощницы, а сам отправлялся в операционную помогать хирургу. Работал полноценным ассистентом — приходилось и зашивать, и держать крючки, и быть анестезиологом, контролируя наркоз».
Пациентов было не счесть. На одни носилки ложились бойцы или мирные жители с минно-взрывными ранениями и тяжелейшими ожогами, на соседние — люди с инфарктами, инсультами, перитонитами и черепно-мозговыми травмами. В среднем за сутки Рамиль проводил по три-четыре сложных анестезиологических пособия, а в реанимации стабильно находились пять-шесть тяжелых больных. Самым суровым испытанием стала работа на прифронтовой земле под постоянными атаками БПЛА.
«Хочется выразить огромную благодарность нашим военнослужащим, которые блокировали вражеские беспилотники… Мало приятного, когда ты оказываешь помощь раненому бойцу, а вокруг постоянно что‑то взрывается», — вспоминает врач.
Борщ в благодарность
Доктор медицинских наук, профессор кафедры хирургии ПГУ и опытный колопроктолог Константин Сергацкий также отправился в Запорожье осознанно.
Константин Игоревич работал в Днепрорудненской центральной районной больнице. Настолько погрузился в процесс, что поселился прямо в отделении хирургии, в одной из палат. В числе его пациентов встречались и мирные жители: одни попадали к нему после обстрелов, другие — с типичными недугами вроде прободной язвы, кишечной непроходимости или цистита. Первое время психоэмоциональное напряжение от постоянных прилетов было запредельным, но, как говорил классик, ко всему привыкает человек.
«Этим и отличается работа больницы в прифронтовой зоне, что медперсонал должен быть готов оказывать помощь большому количеству людей. Это долг каждого медработника. Ведь там зачастую требуется не только квалифицированная медицинская помощь, но и просто свободные рабочие руки», — говорит профессор.
Война обнажает не только боль, но и невероятную силу человеческого духа. Суровый быт, где двум взрослым мужчинам хватало одной пятилитровой канистры воды, чтобы экономно помыться, скрашивался местным гостеприимством, трогающим до глубины души. Константин Сергацкий с теплотой вспоминает отношение коллег, которые принимали приезжих врачей буквально как детей полка.
«У нас не было возможности сходить домой, нормально поесть и помыться, и потому буквально до слез трогали благородные порывы наших коллег. Например, в городе комендантский час, на улицу выходить нельзя, а сотрудники, которые живут рядом, вдруг раз — и несут нам кастрюлю борща. Да вы что, да зачем, вы же с этой горячей кастрюлей на экране вражеского тепловизора оказываетесь приоритетной целью… А в ответ слышишь: «Да мне просто хотелось вас горяченьким накормить».
Врачи из Пензы доказывают: несмотря на риск для жизни и лишения, возвращение людям здоровья и веры в милосердие остается самой важной миссией на новых российских территориях. Они уезжают туда, где их ждут уставшие глаза медсестер и тихое «спасибо, доктор» от тех, кому они подарили завтрашний день.
Елена Ярченко
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
